Четверостишия
От мамы у меня овал лица,
Цвет глаз и в меру вздёрнутые бровки.
Всё остальное явно от отца,
Включая шрам и две татуировки.

Нашёл я объяснение клоаке,
Сумевшей охватить сознанье масс:
По Дарвину гориллы и макаки
Когда-то деградировали в нас.

Не просто нам жить по Карнеги -
У нас что ни драка, то бунт.
И лишь хулиганы-стратеги
Дерутся у входа в травмпункт.

С моим котом скорей всего
Навряд ли кто-то сладит.
Мой кот уверен - бьют его
За то, что мало гадит.

Если женщина впала в свирепость,
В лобовую атаку не при,
Ведь её, как и всякую крепость
Эффективнее брать изнутри.

Устроился ли вновь, иль перевёлся
На новую работу, суть в примете -
Ты к офису привык, коль обзавёлся
Любимою кабинкой в туалете.

Мой лозунг прост: «За чистую монету
Не принимать печатную муру»,
И я обычно, в руки взяв газету,
Читаю столько, сколько оторву...

Моя жена смиренности полна,
Тогда как я из тех ещё строптивцев,
И всё же умудряется она
Держать меня в ежовых… ягодицах.

Во мне вскипает рефлексия,
Как и во всяком бунтаре:
Наш дом, действительно, Россия,
Жаль, что удобства во дворе.

Привыкли мы, чуть что, идти вразнос,
И с пьяных глаз хватать колы и доски...
К нам в Новый год приходит Дед Мороз,
Поэтому мы с детства отморозки.

С появленьем в доме стираных пелёнок,
Умным жёнам, убеждён, должно быть ясно -
Может быть в душе мужчина и ребёнок,
Только с няней оставлять его опасно.

Я снова женился, но жить
Не стал по старинке, однако,
И принял решенье отшить
Любовниц от первого брака.

Ну, что за жизнь пошла? Теперь хоть
Свинцовой пулею в висок:
Буквально только вывел перхоть,
А смотришь - сыпется песок!

Не торкаясь от рюшек и от бантиков,
Я понял, сколь любовь не возноси,
Но крылья вырастают у романтиков,
У прочих - выпускаются шасси.

Замерев на миг с наполненным фужером,
Под биение ликующих сердец,
Так забавно наблюдать за акушером,
Вынимающим из банки огурец.

Бывает: возвращаешься домой,
Предавшись алкогольному экстазу,
И думаешь - какой же стороной
Сначала повернуться к унитазу?

Асфальт - это то, чем в конечном итоге,
На скорую руку проверив расчёты,
Обычно у нас покрывают дороги,
Пред тем как начать земляные работы.

Моя милая, знала бы ты,
Как болезненно это признание?
Я настолько боюсь темноты,
Что, моргая, теряю сознание.

Подытожу раздумья,
Притворясь непредвзятым:
Лучше с третьим бегунья,
Чем бухгалтерша с пятым.

Быть футболистом - не работа,
А, откровенно говоря,
Великий дар - попасть в ворота
И промахнуться в вратаря.

Я, не чуждый устоев семьи,
Все ж старался не жить по указке,
И, поэтому, дети мои
В основном от внеплановой вязки.

Спросить бы женщин длинноногих,
Вступивших в брак: «А каково,
Вдруг поменять вниманье многих
На невниманье одного?»

Многих женщин готов я любить
Темпераментно и оголтело,
Но не тех, что уже возбудить
Могут лишь уголовное дело.

Если взять всю прелесть интервала
От начала ног и до плечей:
В молодости женщина - гитара,
К старости - уже виолончель.

Говорят, даётся в виде штрафа
Глупость сильным людям неспроста:
У мужчин с пропорциями шкафа
Антресоль, как правило, пуста.

Да, логика у женщины своя!
И как к её уму найти отмычку?
Спроси её: «В чём смысл бытия?» -
Она перевернёт всю косметичку.

Поскольку мне присуща честность,
Не стану, собственно, скрывать:
Я за изящную словесность
Любому пасть готов порвать!

Куда бы ветер праздности ни дул,
Куда б тростник желания ни гнуло,
В российском понимании загул -
Обычно смесь отгула и прогула.

К каждой женской душе есть заветная дверца,
Потому постарайся усвоить урок:
Если женщина ключ подарила от сердца,
Значит, вскоре она поменяет замок.

Мои девчонки, дорогие,
Вы все, конечно же, красотки,
Но где берёте вы такие
Кривые, тонкие колготки?

Служа Отчизне, верность ей храня,
Как все Отчизны верные солдаты,
Мечтаю, чтоб направили меня
На курсы повышения… зарплаты.

Твоё непревзойдённое стремление
Благое низвергать в тартарары
Настолько повышало мне давление,
Что лопались от крови комары.

Я - маленький житель огромной страны,
Все люди которой смогли разделиться
На тех, кто по-прежнему любит блины,
И тех, кому якобы нравится пицца.

Как трудно стало (Во, дела!)
Внушать вам с каждым годом, дети,
Что мать вас просто родила,
А не скачала в Интернете.

Видит Бог - та мадам, что в нарядах скромна,
С гардеробом сродни гардеробу паломника,
Не ханжа, не неряха, а просто жена,
Берегущая место в шкафу для любовника.

Часто слышишь в разгар кулуарных шумих
Будто нашей стране в этой неразберихе,
Не поможет никто, окромя нас самих…
Остается узнать, где живут нассамихи?

Если за ночь, в связи с ритуалом,
Вас, с наигранным гневом и злом,
Не назвали ни разу нахалом,
Значит утром объявят козлом.

Молодые герлы, коих было как в поле тли,
Не влюблялись в меня после первых же встреч,
Но всерьёз задавались вопросом: «А сто?ит ли
Для супружеской жизни невинность беречь?»

Видать для куража,
Иль с думами о нём,
Ночные сторожа
Бывает спят и днём.

Из одного состряпал теста
Создатель нас, и потому
Нудистский пляж - такое место,
Где всех встречают… по уму.

О, женщины! Только по вашей вине
Мужчины подвержены блуду -
Ведь то, что обычно у них на уме,
У вас, как известно, повсюду.

Я мужу за измену отомстила,
И хоть клялась, что в жизни не прощу,
Но всё-таки со временем простила.
Вот только до сих пор всё мщу и мщу...

На жизнь свою с иронией смотрящий,
При случае любил он повторять,
Что вещи находил немного раньше,
Чем люди успевали их терять.

Имеющий к выпивке давнюю склонность,
Я вскоре постиг, посещая пивные:
У тех, кто отчаянно верит в законность
Обычно передние зубы вставные.

Да, я семью не сохранил,
Но нет и мысли об удавке…
Напротив - будто бы сменил
Трусы семейные на плавки.

Один хирург, вернувшись из Лаоса,
Где представлял светил родной страны,
Мне исправлял однажды форму носа,
Застав в объятьях собственной жены.

Каждый повод для пьянки замешан на риске
Испытать вариант непомерной нагрузки:
Лучше в пик сабантуя уйти по-английски,
Чем в финале его уползти по-пластунски.

Мне жизнь не кажется ни драмой,
Ни прозябаньем в маяте,
Пока ещё могу я с дамой
Не ошибаться в темноте.

Пускай средь прочей чехарды
Одно поймут туристы:
У нас в футболе две беды -
Поля и футболисты.

Сам человек истлел уже когда-то,
Прервав свой путь по прихоти Творца,
Но слой окаменевшего салата
Донёс до нас рельеф его лица.

Хоть ведомым ты будь, хоть ведущим,
Круче всех, или всеми гоним,
Если видишь сапёра бегущим,
Устремляйся немедля за ним.

Он то бледнел, то сыпью покрывался,
Волнуясь - не случилось бы чего,
И так, в конце концов, разволновался,
Что воды отошли и у него.

Вопреки пресловутому норову
У мужчин есть тактический ход:
При начальнике втягивать голову,
При его секретарше - живот.

С загадочной улыбкой Моны Лизы
Смакуя сериалы и кинцо,
Она так часто смотрит телевизор,
Что диктор узнаёт её в лицо.

Заметьте такую забавную штучку:
Идя к телефону, как преданный мул,
Мужчина обычно бёрет авторучку,
А женщине нужен, как минимум, стул.

Изменчива судьба… И посему
Резонно донести до индивида:
Фортуна улыбается тому,
Кого не заприметила Фемида.

Как-то был я в гостях и наелся от пуза,
А потом призадумался средь ковылей -
Кто сказал, что царица полей - кукуруза?
Всё враньё! Диарея - царица полей!

В абсолютном согласии с бешеным веком
Годы мчатся, благих перспектив не суля,
И порой, чтоб назвали тебя человеком,
Так и хочется прыгнуть за борт корабля.

Бутик при городской мануфактуре
Колготки предлагает под заказ:
Мы можем подогнать их по фигуре
И даже сделать прорези для глаз.

Съездил в Питер. Теперь у меня
Даже нечем кормить тамагочи:
Ведь берёг же для чёрного дня,
А потратил на белые ночи.

Когда средь тел умеренно нагих
Твоё свербит от выпитого пива,
Отлив на пляже в тайне от других
Уместней совершать в момент прилива.

Полз трактор с плугом, словно с тралом,
Я посмотрел издалека -
Мне показалось не пахал он,
А лишь попахивал слегка.