Мои университеты
«Зелёная лампа» журнала «Юность»
Одним из первых крупных литераторов, с которым меня свела судьба на этапе творческого становления, стал Юрий Александрович Влодов.
В какой-то момент я почувствовал, что способен выставлять свои произведения на суд профессионалов. Это ощущение появилось после того, как была написана басня «Сварливые коровы» и ещё несколько произведений. Передо мной встала задача найти единомышленников. Таковыми стали участники поэтической студии-семинара «Зелёная лампа», что функционировала на базе журнала «Юность». В то время, а речь идёт о 1996-1997 годах, семинаром руководил Юрий Влодов.
Из биографии Юрия Влодова: родился 6 декабря 1932 года в Новосибирске. Стихи начал писать с восьмилетнего возраста. Юность пришлась на военные годы, которые вместе с матерью провёл в оккупации. В послевоенный период голода и разрухи Влодов, попав в преступную среду, скитался по этапам, пересылкам, тюрьмам и лагерям. В 50-е годы, покончив с тёмным прошлым, вновь вернулся к литературе, начал публиковаться. В разное время, в основном в качестве литературного консультанта на договорной основе, работал в журнале «Смена», газете «Московский комсомолец», журнале «Юность». При жизни о Юрии Влодове было снято два фильма — «Я Вам пишу, Ваше Величество» и «…А гений — сущий Дьявол», в свет вышла одна книга стихов — «Крест».
Семинар «Зелёная лампа» существовал в «Юности» и до прихода Влодова. В разные годы руководителями семинара были Борис Слуцкий, Кирилл Ковальджи, Владимир Амлинский. На некоторое время семинар прекращал своё существование. И как раз с приходом в «Юность» Юрия Влодова получил новую жизнь. Главредом «Юности» на тот момент был Виктор Липатов.
Свои воспоминания о встречах с Юрием Влодовым я уже начинал писать году в 1999-м, как говориться по горячим следам. Однако в силу определённых обстоятельств весь написанный материал был безвозвратно утрачен. И вот очередная попытка, более осознанная и взвешенная, но уже, увы, не такая яркая по качеству воспоминаний.
Семинары проходили в здании редакции на «Маяковке». Влодов любил быть в центре внимания, поэтому больше рассказывал, нежели слушал. Рассказывал в основном о себе. Себя он величал гением. И все его истории были связаны с величием личности гения в русской истории и литературе. В этих историях он представал чуть ли не магической фигурой. Заявлял о том, что запросто может общаться с дьяволом. Даже призывал любого, кто не верит в его сверхъестественные возможности, убедится в этом. Правда, предостерегал, что всё это может плохо кончиться. Никто из семинаристов не испытывал особой нужды в этой проверке, и не потому что опасался нежелательных последствий, а просто не хотел злить мэтра. Кто хотел — слушал, кто не хотел — уходил и больше не появлялся. А публика, естественно, собиралась разношёрстная. В основном были дамы. Из представителей мужской половины вспоминается один молодой поэт, подчёркнуто элегантный с зонтом-тростью. Он на тот момент уже где-то опубликовался, поэтому во всём, в движениях, в манерах его присутствовали вальяжность и высокомерие. По просьбе Влодова он как-то прочитал свою лирику, в которой я для себя не обнаружил ничего примечательного. Более того, одно из его стихотворений начиналось слово в слово, как и моё раннее — «Мечты мои, как облака…» Но человек явно бронзовел на глазах. Был и совершенно противоположный ему тип — человек судя по всему хворый, о которых говорят «не в себе», но не буйный. Стихи у него были абсолютно графоманские, но Влодов его терпел и даже в награду за усидчивость и послушание публиковал время от времени. Помнится, приходил на семинар и сын известного поэта Евгения Рейна. О таланте юноши судить не берусь, поскольку стихов слышать не приходилось.
Как раз об атмосфере, которая царила тогда в литературной гостиной «Зелёная лампа», наглядно рассказывает фильм «А гений — сущий дьявол!», снятый киновидеостудией «Человек и время» в 1995 году. Режиссёр фильма Сергей Князев.
Когда я появился в «Зелёной лампе», то первым делом отдал Влодову подборку своих стихотворений. Мне хотелось узнать мнение авторитетного человека о своих первых более-менее вразумительных опытах. На следующем семинаре он одобрил мои вирши и попросил прочитать во всеуслышанье басню про коров. Я прочитал, чем вызвал немалый восторг присутствующих (даже гражданин с зонтом-тросточкой попросил дать распечатку и я наблюдал со стороны, как он улыбается, перечитывая басню). Впоследствии эта басня стала, по крайней мере, в стенах редакции журнала «Юность», моей визитной карточкой. Когда Влодов представлял меня кому-то, то непременно просил прочесть свой любимый отрывок из басни, о том, что если ланей и «дёргают за сиськи, то не затем, чтоб снять удой».
Юрий Александрович любил спрашивать поэтов, что для них значит поэзия, что они вкладывают в это понятие? Отвечая на его вопрос, я однажды сказал, что для меня поэзия — это кураж. Сам Влодов характеризовал поэзию, как сказку, волшебство.
Запомнилось несколько случаев, рассказанных Юрием Влодовым из его биографии. Один случай как раз связан с общением с потусторонними силами. Как-то сидя дома и ожидая дочку то ли с прогулки, то ли ещё откуда, Юрий Александрович не на шутку разволновался. На улице уже темнело, а дочки всё не было. И тогда он вышел на балкон и обратился прямо к Дьяволу. Я уже не помню вариант этого обращения, но, с его слов, через минуту в квартире раздался дверной звонок. Дочь благополучно вернулась. 
Много случаев Влодов рассказывал из своей юности. Мне запомнилась история с письмом Сталину. Он написал письмо вождю, в котором просил аудиенции, абсолютно не надеясь, что письмо вообще попадёт в руки Отца народов. Каково же было его удивление, когда через месяц он получил ответ, в котором содержалась информация о месте и времени приёма. На приём Влодов пойти так и не решился. На самом деле сама встреча была не так важна, важно было внимание, с которым отнеслись к его просьбе.
По поводу его криминального прошлого. Эта тема в его побасенках муссировалась постоянно. Я неоднократно слышал о его принадлежности в высшей воровской касте и о его звании «вора в законе». Однажды он мне даже сказал: «А из тебя бы неплохой уголовник получился. Ты бы был в авторитете…» Это я-то, сотрудник милиции!
Но самой лестной для меня оценкой стала его фраза относительно моей неординарности. Всякому начинающему поэту важно получить одобрение мастера, таковым для меня стала фраза, произнесённая им в мой адрес в узком кругу соратников: «Перед нами явление в современной поэзии!» — сказал он, показывая на меня.
Впрочем, я забыл упомянуть, что в основном семинары «Зелёной лампы» Юрий Влодов проводил в лёгком, а иногда и достаточно крепком подпитии. Поэтому все его рассказы больше походили на фантазии нетрезвого человека. Он любил повторять, что с малого количества алкоголя пьянеет, а с большого — мудреет. Мне и самому пару раз приходилось бегать для него за водкой. Потом мы сидели, выпивали и говорили о поэзии. Он рассказывал всё новые и новые истории из своей жизни. Например, о своей первой встрече с Булатом Окуджавой. Как-то он принёс стихи в отдел поэзии «Литературной газеты», заведующим которого работал тогда Булат Шалвович. Влодов вошёл в комнату, где за столом сидел элегантный грузин. Начался обмен репликами и что-то Влодову в тоне Окуджавы не понравилось. Тогда он крикнул: «А ну встать, когда разговариваешь с выдающимся поэтом современности!» Именно так со слов Влодова всё и происходило.
Были рассказы и о Роберте Рождественском. Даже не столько о нём самом, сколько о его супруге Алле, которая со слов Юрия Александровича готовила удивительно вкусные пирожки с ливером. Когда Влодов покидал квартиру Рождественских, она выносила пирожки прямо в тазике и угощала, так сказать, на дорожку.
Меня же больше интересовало творчество самого Влодова. Хотелось, наконец, понять, действительно ли он такой гениальный. Поэтому, когда я узнал, что вышла его книга «Крест», то задался целью непременно её заиметь в личное пользование. Оформителем книги и, по сути, издателем выступил редакционный фотохудожник Евгений Глобенко. Он был поклонником Влодова и к изданию единственной на тот момент книги поэта подошёл предельно ответственно. Во-первых, книга была заявлена как коллекционная. Во-вторых, все её 500 экземпляров были нумерованные. Это, конечно, с его стороны был продуманный маркетинговый ход, дабы не прогореть, поскольку материал-то был явно не коммерческий. А я до сих пор горд тем, что мне достался единственный не нумерованный экземпляр книги. А получилось это так. Когда Евгением Ивановичем на одном из семинаров было объявлено выходе книги и обозначена точная дата поступления тиража в редакцию, то, не смотря на жуткую непогоду (на дворе шёл проливной дождь), в назначенное время я прибыл к нему и потребовал продать экземпляр. Он растерялся от такой ретивости и посетовал на то, что тираж, не смотря на обещания, ещё не доставили. Но, видя мою упёртость, продал мне сигнальный экземпляр, который как раз и оказался не нумерованным. Стихи я начал читать уже по дороге домой и одно уяснил точно, что они не простые. В них заложен глубокий смысл, который мне ещё, возможно, предстоит постичь. 
В своём творчестве Юрий Влодов переосмыслил всю библейскую подноготную, придал ей новый окрас, дал свою трактовку. До сих пор ещё не все его труды увидели свет, но стараниями супруги, а ныне вдовы поэта — Людмилы Осокиной, это рано или поздно произойдёт.
О семейной жизни Юрия Влодова как нельзя лучше рассказывает документальный фильм «Я Вам пишу, Ваше величество...». Съёмки фильма проходили в Чертаново, на ул. Красного Маяка. Фильм был показан всего один раз на канале РТР 7 февраля 1993 года.
Юрий Влодов скончался 29 сентября 2009 года в возрасте 77 лет. На октябрь была намечена презентация его второй книги «На семи холмах», до которой он так и не дожил. Но главный труд Влодова, труд всей его жизни, это книга «Люди и Боги». Ей ещё предстоит увидеть свет.
Первая публикация
Первая моя публикация вышла в газете «Московский комсомолец» 6 октября 1997 года. Её появлением я обязан ведущему поэтической рубрики газеты Яну Августу творческий псевдоним московского поэта Сергея Мнацаканяна.
Сергей Мигранович Мнацаканян — поэт. Родился в Москве 4 августа 1944 года. Член Союза писателей СССР с 1974 года. В настоящее время член Союза писателей Москвы, международного ПЕН-клуба и Союза журналистов Москвы. Книги поэта изданы общим тиражом свыше четверти миллиона экземпляров.
Многие годы Сергей Мигранович вёл рубрику «Турнир поэтов» на страницах газеты «Московский комсомолец». В последнее время работает в «Литературной газете».
В «Турнире поэтов» было опубликовано моё стихотворение «Свитерок». Его выходу в свет предшествовала небольшая история.
В конце июне 1997 года мы с семьёй и друзьями пошли на праздник «Московского комсомольца» в Лужники. В наши планы входило посещение площадки «Турнир поэтов», где я должен был поучаствовать, а затем предаваться отдыху на других площадках. Я дождался своей очереди и выступил. Я читал басню «Сварливые коровы». Помню, Мнацаканян во время моего выступления с кем-то разговаривал, так что он меня почти не слушал. Я выступил откровенно плохо, читал тихо, сбивался. Но содержание басни зрителям понравилось, и они начали аплодировать, не дежурно, а чуть громче, чем всем остальным. Мнацаканян обратил на это внимание и в качестве поощрительного приза выдал мне из своих закромов фирменную футболку «МК». На фото я как раз в этой футболке в окружении родственников и друзей.
Окрылённый таким успехом, я решил непременно встретиться с Сергеем Миграновичем (кстати, я тогда и не знал его настоящего имени). Поэтому, спустя несколько дней я позвонил в редакцию газеты и попросил позвать… Яна Августа. На том конце провода явно насторожились, поскольку поняли, что названивает человек не его круга, но Мнацаканяна подозвали. Он тоже с подозрением спросил, чего я хочу. Я сказал, что хотел бы встретиться и передать ему свои стихи, заодно напомнив, что он высоко оценил моё произведение на празднике «МК». Он сказал, что встречаться не имеет возможности, а вот стихи я могу направить по почте на его имя. На том и распрощались.
Я отправил по почте письмо и стал по четвергам просматривать газету. Именно в этот день недели и выходила рубрика. И вот, купив 6 октября очередной номер, я обнаружил в ней своё имя. Дословно было написано так: «Игорь Владимирович Алексеев, неизвестный москвич с ул. Бехтерева». Для первой публикации и надпись «неизвестный москвич» была не оскорбительна.
Больше мне не довелось встречаться с Сергеем Мнацаканяном, но наравне с Юрием Влодовым, считаю его своим крёстным отцом.

А вот и та самая знаковая для меня публикация.
Центральная книжная лавка писателей
Следующим маяком на моём творческом пути стал поэт Владимир Дагуров.
Владимир Геннадьевич Дагуров родился 25 сентября 1940 года в Нальчике. В 1963 году окончил Свердловский мединститут, защитил кандидатскую диссертацию.
Переехав в 1968 году в Москву, 13 лет работал преподавателем в Первом Московском медицинском институте им. И.М.Сеченова. Потом поступил на Высшие литературные курсы при Литературном институте им. Горького, которые окончил в 1985 году, и сделал свой выбор в пользу литературного творчества.
Член Союза писателей СССР (теперь СП России) с 1965 года. Автор 20 книг стихов и прозы. Песни на его стихи исполняли Валерий Леонтьев, Филипп Киркоров, Вахтанг Кикабидзе, Валентина Толкунова, Надежда Чепрага, Ион Суручану, Михаил Шуфутинский и другие.
Лауреат Международной литературной премии им. Андрея Платонова. Работал в отделе культуры многих центральных газет – «Литературная газета», «Литературная Россия», «Федерация», «Московский железнодорожник» и других. Умер 22 октября 2018 года.
С Владимиром Геннадьевичем мы познакомились в «Центральной книжной лавке писателей» на Кузнецком мосту. Я тогда подрабатывал в этом магазине охранником. Работники магазина знали о моём увлечении поэзией и поощряли его, в основном в виде рекомендаций относительно достойных для чтения книг.
Я уже тогда начал слагать четверостишия и интересовался теми из авторов, которые тоже пробовали силы на этом поприще.
Губерман к тому времени был прочитан до дыр. К сожалению, большинство авторов не дотягивались до уровня Губермана, за исключением разве что Георгия Фрумкера, о котором рассказ пойдёт ниже. Но однажды мне в руки попался сборник четверостиший Владимира Дагурова. Этот автор явно выделялся на общем фоне. Олег Леонидович Соколов, заведовавший писательским отделом, сообщил, что Дагуров иногда забегает в магазин. Я попросил нас познакомить. И вот, в конце 1999 года это знакомство состоялось.
Нас представили. Я выразил своё восхищение его творчеством. Он подписал мне свою книгу. Потом спросил, есть ли у меня что-то изданное. К тому времени у меня как раз вышло стихотворение «Падение нравов» в книге
Юзефа Маковского «Приговор». Чтобы оказать Юзефу Даниловичу услугу, я пристроил книгу в Книжной лавке. На тот момент она оказалась как нельзя кстати. Я взял её с полки и протянул Дагурову. Он удивился и начал читать. Когда прочитал, в глазах его было ещё большее удивление. «Надо же…» сказал он, явно давая понять, что стихотворение произвело на него впечатление.
Договорились, что я как-нибудь подвезу ему подборку своих иронических стихов. Мы ещё раз встретились, и я передал обещанные распечатки.
А по прошествии какого-то времени мне позвонила бухгалтер газеты «
Бизнес для всех» и сказала, что в их издании вышло две моих публикации. Я несказанно обрадовался, приехал в редакцию, познакомился и в дальнейшем подружился с замечательной женщиной – Куликовой Еленой Юрьевной, которая не только заведовала финансами, но и активно участвовала в творческом процессе. Она меня впоследствии и рекомендовала в клуб юмористов «Чёртова дюжина».
А с Владимиром Дагуровым мы встретились спустя многие годы. К этому времени количество моих публикаций исчислялось сотнями, были изданы книги. И теперь уже я его сначала рекомендовал в «
Общество Весёлых Поэтов», после чего его стихи зазвучали на радио «Юмор-FM», а потом пригласил выступить на одном из концертов для сотрудников московской милиции.
На фото мы во время выступления и после него, уже с дипломами и цветами. Третий в нашей команде -
Михаил Долгих.
Александр Ключенков
Юрий Кувалдин
Фёдор Филиппов
Георгий Фрумкер
Аркадий Арканов
Михаил Задорнов
Анатолий Трушкин
У каждого из представленных людей я чему-то научился. Встречи с ними и стали моими жизненными и творческими университетами.

Игорь АЛЕКСЕЕВ